Атеисты живут так, как будто никто над ними не присматривает. Большинство из них не имеют ни малейшего желания, чтобы за ними присматривали, без разницы насколько хорошим может оказаться фигура Большого Брата .

Некоторые атеисты хотели бы быть могущими поверить в бога - ну и что? Следует ли верить во что-то только потому, что (ты) хочешь, чтобы это оказалось правдой? Опасности такого подхода должны быть очевидны. Атеисты зачастую решают, что охоты верить во что-то недостаточно; должно быть основание для веры.

Когда начинают рассуждать дедуктивно, то с чего-то надо начать. Но ведь для последующего верного дедуктивного умозаключения очень важно, чтобы начало было доказано. Если дедукция начинается с недоказанного, то все остальные выводы будут, просто, недоказуемыми. А чем мы докажем истинность того начала, с которого начнём дедуктивно мыслить? Таким образом в доказательстве все новых и новых очередных исходных положений дедуктивного мышления мы уходим в бесконечность, и начать дедуктивно мыслить никогда не сможем. Эта цепочка бесконечной дедукции образно выражена в, с виду нелепом, вопрошании Козьмы Пруткова: Где начало того конца, с которого начинается начало?

Обыкновенно в поисках той точки опоры , обоснования исходной позиции дедуктивного мышления мы рано или поздно приходим к Circulus in probando ( Круг в доказательстве ), то есть обходным путём приходим к аргументации исходного недоказанного этим же исходным недоказанным

Насчет поступи клерикализма , особенно православного, полный бред. Уж как ислам разгулялся, иудаизм, секты всякие (попробуй подойти, покритикуй), как всякие идеологии разгулялись, православию пока и не снилось. А ведь Православие - это не только религия, как таковая, это одна из основ нашей русской культуры и нравственности. Почему мы должны стесняться и ограничивать свою Веру и свою культуру? Не нравится - живите себе, только не мешайте.
Желание отождествить национальность и религиозность наблюдается сейчас довольно широко и особенно обостряется на волне борьбы с антиклерикализмом

“Я осуждаю христианство, я выдвигаю против христианской церкви страшнейшее из всех обвинений, какие только когда-нибудь бывали в устах обвинителя. По-моему, это есть высшее из всех мыслимых извращений... из всякой истины она сделала ложь, из всего честного — душевную низость