Короткий ответ: Нет, а вы? Много атеистов годами были атеистами. Они встречались со многими аргументами и мнимыми доказательствами существования бога, но они посчитали их необоснованными или неубедительными.

За несколько тысяч лет истории религии не было найдено ни одного хорошего доказательства существования бога. Поэтому атеисты склонны считать, что вероятность того, что они могут оказаться неправыми, в ближайшем будущем крайне мала, и их перестает это волновать.

На пороге 21 столетия человечество переходит к принципиально новой фазе своего существования. Сейчас мы вынуждены мыслить глобально, а выживать регионально. В глобальном плане религия уже не является и никогда в будущем не станет формообразующим фактором дружественного сосуществования государств и народов. Фундаментализм и тоталитаризм, который органично присущ религии вообще и каждому вероисповеданию в частности, в современных условиях везде: и в Ирландии, и в Ливане, и в Палестине, и в Шри Ланке, и в Японии, как и в нашей Украине, - во всех отношениях является элементом деструктивным. Любого вида насилие или принуждение в области религии, или во имя религии, или от имени религии не обещает ничего доброго ни религии, ни государству, ни ее народу

Волны религиозного сознания, причём зарождающиеся не сами по себе, не в глубине психической жизни людей, а поднимаемые экспансионистской политикой существующих в стране церквей, как традиционных, вроде православной и мусульманской, так и экзотических (сайентологии, например), и гонимые вперёд целенаправленной церковной политикой «воцерковления молодёжи», свободно гуляют по просторам постсоветской России.

Высота и мощь волн различна и зависит от религиозной традиции в стране, а также от позиции государства, предпочитающего религиозным новшествам традиционные религии. Одним из следствий этого, для всех очевидного и потому никем, включая священнослужителей, не отрицаемого, явления становится разделение общества на «верующих» и «неверующих» и возникновение между ними мировоззренческих противоречий.

Впрочем, противоречия эти созревают до «точки кипения» и выливаются в открытые конфликты не между верующими и неверующими как таковыми, а – их профессионально образованными представителями, имеющими соответствующие теоретические убеждения и готовыми их отстаивать, т

Есть много путей достижения утешения или поддержки - семья, друзья, питомцы. На более низком духовном уровне - еда, выпивка, телевидение.

Это может показаться пустым и уязвимым, ну и что с того? Следует ли людям верить во что-то просто потому, что это что-то тебя утешает и успокаивает, или им надо считаться с действительностью, невзирая на то, насколько суровой она может оказаться?

В конце концов, это личное дело каждого. Большинство атеистов неспособны верить в то, во что они бы не стали иначе верить, просто потому, что это что-то утешает или поддерживает их. Они ставят правду превыше утешения и поддержки и считают, что если поиск правды иногда делает их несчастными, то это просто тяжелая судьба

Если принять за аксиому, что на горизонте писанной истории предки современных украинцев появились в 4 столетии нашей эры под названием антов, а потом – склавинов, славян, то мы начали свое этническое и историческое развитие на месте своего будущего постоянного проживания с жизни более или менее замкнутых в себе родов и плёмен. Выражением и духовным освящением этого обособления родов и племен была родоплеменная религия. Отечественная летопись отмечает, что в то время каждое племя придерживалось «обычая отцов своих», каждое племя имело «свой нрав» (свои религиозные верования). Это была наша письменно засвидетельствована национальная религия пандемонизма и начального политеизма. Это была единая автохтонная религия Киевской Руси, а отсюда современного русского, украинского и белорусского народов