Как известно, в конце первого — начале второго тысячелетия исламский мир дал человечеству величайших ученых: аль-Хорезми, одного из создателей алгебры; Ибн аль-Хайсама, оказавшего большое влияние на развитие оптики; Ибн Сину (Авиценну), автора “Канона врачебной науки”. Сейчас же вклад мусульманских государств в развитие науки и техники незначителен. К примеру, количество статей специалистов из этих стран в научных журналах составляет лишь около 0.1% публикаций ученых из Европы и США. Впрочем, современные тенденции дают мусульманскому миру надежду наверстать упущенное. Так, в Египте из 18 университетов пять открыто за последние четыре года. И все же существенный недостаток системы образования исламских стран — незначительное число женщин, обучающихся точным наукам. В основном это связано со стереотипом разделения роли полов, а отнюдь не с религией. Учение Пророка гласит: “Приобретение знаний — святая обязанность каждого правоверного от колыбели до могилы. Стремление к знаниям и науке обязательно для каждого мусульманина и мусульманки”. Школьное образование в большинстве исламских стран начинается с шести-семи лет. До 15 лет девочки и мальчики учатся вместе, а затем два-три года — раздельно. Старшеклассники сами выбирают обязательные для себя предметы, причем девочки обычно предпочитают гуманитарные. Однако медицине и здравоохранению в Ливанском университете, химии в университетах Сирии девушек обучается даже больше, чем юношей. Процент женщин среди обучающихся точным наукам колеблется от 8% в африканской стране Джибути до 70% в Объединенных Арабских Эмиратах. Дискриминации здесь нет, ведь и в Европе женщины составляют на факультетах естественных наук 40%, математических — 28%, инженерных — 20%. И все же положительные сдвиги есть: в Ливанском университете, например, удельный вес девушек среди будущих инженеров возрос с 16% в 1993 г. до 20% в 1997-м, в Сирии — с 14.4% в 1980 г. до 30.5% в настоящее время. По данным за 1996 г., в Египте среди преподавателей фармакологии и стоматологии женщины составляют более 40%, точных наук — около 25%, а технических — всего 10%. Но ведь и в США женский преподавательский состав медицинских факультетов достигает 50%, в то время как биологических — 23.8%, а инженерных — лишь 6.1%. Есть надежда, что усилению роли женщин в науке будет способствовать назначение представительниц слабого пола на важные государственные посты. Это подтверждает деятельность доктора химических наук В.Гуда, долгое время возглавлявшей Министерство научных исследований Египта; есть подобные примеры и в Нигерии, Иордании и Кувейте. В поддержку подобных тенденций высказался недавно генеральный секретарь ООН К.Аннан: “Докажем же, что общество, которое оказывает женщинам всемерную поддержку, непременно добьется успеха”. Science. 2000. V.290. №5489. P.55 (США); Expert Working Group on Women and Science. European Commission. Luxembourg, 1999.