Два философских направления того времени нашли в Риме благодатную почву и дали пышные всходы — это стоическая и эпику­рейская школы. Кровавые расправы марианцев со своими политическими противниками, последовавшие затем про­скрипции Суллы, сопровождавшиеся сценами дикого на­силия и террора, оттолкнули многих от активной полити­ческой деятельности. Она не только навлекала смертель­ную опасность на тех, кто посвящал ей свою жизнь, но и оказывалась по сути невозможной, так как исчезало свободное волеизъявление римского гражданства, со­ставлявшее конституционную основу Римской республики. Подлинными хозяевами Рима становились легионы и сто­явшие во главе их удачливые и честолюбивые полководцы, боровшиеся за власть. В создавшихся условиях эпику­рейская доктрина как нельзя более отвечала стремлениям тех, кто, следуя принципу «проживи незаметно», стре­мился уйти в частную жизнь, отказавшись от почестей и славы ради высших духовных устремлений, занятий философией, литературой или сельским хозяйством, тра­диционным занятием римлян. Так можно было достигнуть эпикурейской атараксии (свободы от волнений) и атамбии (свободы от страха). Эпикурейская мудрость давала фи­лософское обоснование жизни приятной, но вместе с тем и достойной. Популярности эпикурейской доктрины спо­собствовала ее относительная простота, чем отличались и сочинения ее основателя, и доступность; она была ори­ентирована больше на здравый смысл, чем на глубокий анализ абстрактных понятий и категорий. Одновременно эта доктрина освобождала от страха смерти, реально встававшей перед римлянином в эпоху гражданских войн, сопровождавшихся истреблением больших групп насе­ления.